В Украине начат проект по улучшению образования страны

10 апреля 2012
article448.jpg

 Почему журналисты не должны быть в одном окопе с политиками, что такое национальная рамка квалификации для профессии журналиста, зачем студенту хорошее образование - об этом Александр Власенко, руководитель проекта «Журналистика цифрового будущего» фонда «Развитие Украины» Рината Ахметова.

При поддержке Британского совета в Украине в 2011 году начато совместный проект Министерства образования и науки, молодежи и спорта, корпорации СКМ и Конфедерации работодателей Украины по созданию новых профессиональных стандартов, а на их основе - новых отраслевых стандартов высшего образования и государственных стандартов профессионально-технического образования . В рамках пилотного проекта выбраны несколько отраслей - «Металлургия и материаловедение», «Энергетика и энергетическое машиностроение» и «Журналистика и информация». Соответственно, в рамках этого экспериментального проекта продолжается разработка квалификационной рамки для онлайн-журналистики. Над этим работает специальная рабочая группа при Министерстве образования, в которую входит и Александр Власенко.

Объясните, пожалуйста, нашим читателям, что такое национальная квалификационная рамка профессии и зачем она нужна.
 
Сегодня в высшей журналистского образования, которое дают в украинских вузах, есть большое недоверие со стороны тех СМИ, которые определяют мейнстрим в развитии журналистики в этой стране. Каким образом это происходит? Студент чему-то учится пять лет, затем он приходит на рынок, а там считают, что он мало что умеет того, что нужно. Он может иметь глубокие знания по философии, экономики, юриспруденции и т.д., но не знает своей специальности и не может начать работать как журналист. Соответственно, в редакциях есть недоверие к диплому, с которым этот человек приходит, потому что уровень образования не соответствует их ожиданиям. И потом главные редакторы некоторых изданий, например Вадим Денисенко («Комментарии»), заявляют, что они сознательно не принимают на работу людей, которые закончили журналистский факультет, через их «зашоренность».
 
Это ненормальная ситуация. Ведь журналистики тоже нужно учиться. И в наших вузах должны учить тому, что нужно рынку. Как этого достичь? Нужно создать национальную рамку квалификации. Мы опросили около 30 украинских журналистов, редакторов из совершенно разных СМИ Украины. Среди них были и представители региональных СМИ, например, из Сум, Львова, Житомира, Днепропетровска. Мы пытались выяснить, каковы же их рабочие функции, чтобы определить функции, необходимые в ежедневной журналистской работе. Наш партнер - Научно-исследовательским институт социально-трудовых отношений Министерства труда - проанализировал эти функции. Опираясь на опросы представителей рынка, мы составили профессиональные стандарты: что должен уметь журналист, который приходит на работу, должен иметь знания и навыки. Теперь на основании этих профстандартов будет создан стандарты высшего образования. То есть нужно перерабатывать учебные планы, чтобы они учитывали потребности рынка, а также формировались по кредитно-модульной системе. И здесь возникают определенные проблемы. Ведь под эту рамку квалификации нельзя подогнать то, что есть сейчас в наших вузах, поскольку это будет профанация.
 
В чем именно заключаются проблемы?
 
Например, когда студенты сдают иностранный язык, есть соответствующие тесты, для английского - KET (Key English Test) и PET (Preliminary English Test), для французского - DALF / DELF. Понятно, что требованием к журналистам является надлежащее владение украинским или русским языками в зависимости от языка издания. Что такое надлежащее владение языком? У нас нет теста, который бы определял это. Есть тест, который составляют при поступлении в вуз. Но это совсем другое. У меня в вузе, например, украинский язык преподавали три года, затем был государственный экзамен. Он предусматривает определенные знания, которые оцениваются. Каким образом они оцениваются? Если бы был тест, можно было бы показать, что вот по этому тесту я набираю, например, 150 баллов. И это значит, что я на должном уровне владею украинским языком. Я не 200 баллов, потому что, скажем, не различаю диалектов, не знаю, чем бойковская говор отличается от надднестровского, мне не нужно в журналистской деятельности, но я умею грамотно писать тексты, знаю стилистику подобное. Такого инструментария нет. И если мы его создадим, снова будет профанация. Потому что функция «надлежащее знание языка» не исчезать. А каждая функция должна оцениваться. И критерий оценки должен быть понятен всем.
 
Вы упомянули о языке. Сегодня во многих студентов, и я это вижу даже в Могилянской школе журналистики, формируется мнение, что основное - это умение пользоваться новым технологическим инструментарием. А умение грамотно и красиво писать - это нечто вторичное. Создается впечатление, что и требований таких нет ...
 
Такое требование рынка есть. В советское время мы говорили, что у нас образование заидеологизирована. У нас она и сейчас заидеологизированная, но в другую сторону. У нас немало русскоязычных изданий, а русского языка не изучают. Фактически все наши редакторы, которых мы опросили, от агентства «Украинские новости» к журналу «Фокус», говорится, что журналисты безграмотно пишут на русском языке. А это требование.
 
Украинские, кстати, тоже ...
 
Но русским больше, как показывает наше анкетирование. Украинским мере изучают в школе, и есть хоть какое-то оценки. Относительно российской - такой оценки сейчас нет. Не все редакторы русскоязычных СМИ об этом говорили. Конечно, ввиш может сам определять, чему учить студента, потому университетская автономия это предусматривает. Но у нас пока дипломы единого государственного образца. И если существует единый образец и инструмент госзаказ, то должен быть единый подход, как формировать учебные планы. И базироваться они должны на требованиях рынка.
 
В Могилянской школе журналистики предполагается, что студенты уже знают язык на таком уровне, что ее надо преподавать, потому что это магистерская программа. И они должны пройти этот предмет на уровне бакалавриата, тем более, что при поступлении студенты сдают соответствующий экзамен по украинскому языку. Другое дело, что этот экзамен не имеет общих критериев. А суть национальной рамки как раз в том, чтобы все эти критерии были легко оценить не только внутри страны между вузами, а также в вузах европейских стран. И если у тебя 30 кредитов по философии, то это должно быть понятно и во Франции, и в Финляндии, везде. Это должны быть одинаковые системы, которые можно сравнить. Вот что дает национальная рамка квалификации.
 
Очень многие работодатели в объявлениях о вакансиях указывают как одну из требований к журналистам - стрессоустойчивость. Как вы думаете, почему это так важно сегодня, и будет ли это каким-то образом отражено среди функций, которые определяет рамка квалификации?
 
Рамка квалификации пока только разрабатывается. Но это должно быть отражено, потому стрессоустойчивость действительно сегодня является требованием рынка. Работа журналиста стрессовая. После кризиса все медиа оптимизировали свое штатное расписание, и очень часто приходится работать «на износ». Обычно это ненормированный рабочий день, много общения, которое психологически бывает тяжелым, постоянное пребывание на каких-то событиях, которые не добавляют психологической устойчивости. Каким образом это может быть отражено, например, в учебных планах? Нужно обсуждать. Это процесс, в котором должно быть задействовано все: и вузы, и представителей отрасли. Наш фонд может только перекинуть мостик между работодателями и вузами, чтобы они нашли общий язык.
 
При Министерстве образования есть рабочая группа, которая работает над разработкой новейших отраслевых стандартов высшего образования. Вы также входите в эту группу. Как продвигается работа?
 
Согласно утвержденному расписанию. новые стандарты высшего образования по специальности «мультимедийная журналистика» быть внедрены хотя бы в тех вузах, которые являются партнерами проекта и участвуют в этой экспериментальной программе (Киевский, Львовский, Запорожский, Днепропетровский, Таврический университеты и НаУКМА), с нового учебного года ( то есть с сентября 2012-го. - MS). Теперь я, наблюдая, как этот процесс происходит, имею скепсис, что мы успеем в этом году. Думаю, что это будет все-таки в следующем году.
 
Почему задерживается внедрение новых образовательных стандартов?
 
Проблема в том, что нужно провести очень большую работу, расписать каждую функцию, выработать для него однозначные критерии оценки знаний хотя бы для тех вузов, которые будут в этом эксперименте участие. И потом уже это внедрять в других вузах. Отсутствует единый критерий оценки не только по языку, о чем уже говорилось, но и из других предметов. Чем хорошее ВНО? Потому во всех школах всех оценивают по одинаковым критериям. Так же должно быть и здесь. Должен быть определен уровень, ниже которого планка не должна опускаться. То есть тот средний - на тройку с плюсом - уровень журналиста, который мог бы работать в медиа. Ведь если будет ниже этой планки, человек не сможет работать по специальности.
 
Но важно не только определить эту квалификационную рамку. Важно еще и то, кто будет готовить журналистов. Где взять качественных преподавателей?
 
Во-первых, понимание, чему учить, поможет самим преподавателям правильно формировать учебный курс. Во-вторых, нужно сделать экспериментальный полигон с 5-6 вузов и позволить им приглашать людей, которые являются специалистами по тому или иному предмету и могут дать конкретные навыки и знания, необходимые для выполнения тех или иных журналистских функций. Я надеюсь, что многие студенты DFJ (программа Могилянской школы журналистики «Журналистика цифрового будущего». - MS) согласятся на волонтерских началах давать мастер-классы, делиться своими знаниями, чтобы повысить уровень журналистского преподавания. Мы готовы вести разговоры с преподавателями американских и британских университетов, чтобы они также включались в него. Такой эксперимент позволит вузам смотреть на то, что человек, который, например, учит верстки в InDesign, не просто имеет научную степень, но и сама умеет работать с этой программой.
 
Готово к этому Министерство образования?
 
Мы только начали работу. Я надеюсь, что готово, ведь Минобразования принимает в этом процессе живейшее участие. На мой взгляд, проблема заключается в том, что как строй высшее образование, всегда будут недовольные. Ибо сильных вузов одни цели, у слабых - другие, в Минобразования - еще другие. А в системе высшего образования центральной фигурой должен быть студент. Если строить правильно систему высшего образования, ее надо строить от студента, от того, чему его учить, какие знания он получит и как он сможет их применить на рынке, кто может дать такие знания. У вас есть кандидат наук, очень заслуженный человек. Но он не может дать соответствующих знаний. Итак, с ним надо расстаться и найти на его место того, кто их имеет.
 
Это как раз больной вопрос. Именно поэтому ректоры, особенно региональных вузов, из опасения и некоторой критикой относятся к этому эксперименту, поскольку они понимают, что это будет означать изменение преподавательского состава.
 
Я могу задать встречный вопрос: а то, что студенты тратят пять лет своей жизни? Это нормально, что студент выходит на рынок и не является конкурентоспособным? Это справедливо по молодого человека? Выбрасывать человека, который 40 лет преподает, - негуманно, а гуманно ежегодно выпускать 20, 30, 50 или 100 человек, которые не могут найти себе применение на рынке? Так, может, стоит отказаться от одного человека, или потратить деньги на ее перепрофилирование? Конечно, это не значит резать по живому. Надо дать человеку возможность измениться. Заняться самообразованием. Тем более, что у преподавателей часто такую ​​нагрузку, что им некогда заниматься самообразованием. Конечно, и эту систему нужно менять.
 
Фонд совместно с МШЖ начал новую программу «Цифровые медиа в университетах». Она существует неполный год, но можно увидеть уже какие-то результаты?
 
Пока еще сложно говорить о том, насколько этот проект успешным, мы еще не проводили его оценки. Конечно, многое покажет июнь, когда преподаватели представят свои учебные планы, и сентябрь, когда эти планы будут введены в вузах. Мы со всеми вузами подписали меморандум, они взяли на себя обязательства ввести у себя курс с мультимедийной журналистики.
 
Чувствуется разрыв между Киевом и регионами по уровню преподавания?
 
Провинция в головах, а не в месте расположения вуза. Конечно, у киевского Института журналистики лучшая база. И уровень преподавания журналистики там будет выше, потому что есть традиция преподавания. Но нельзя говорить об очень большой разницы между вузами, по крайней мере, в преподавании цифровых медиа.
 
Почему для работы над рамкой квалификации был избран британскую модель?
 
Англосаксонские страны первыми прошли этот процесс, поэтому и берется их модель. Это не только Великобритания, но и Канада, Южная Африка, Австралия, Новая Зеландия, Ирландия, Мальта. Мы начали этот процесс и надеемся, что другие работодатели к нему присоединятся. Мы привлекаем все медиа, учитываем потребности всего рынка. Конечно, это лишь первый шаг. Следующий - создание рамки квалификации для журналистики в целом, так как сейчас мы создаем ее только для онлайн-журналистики.
 
Члены нашей рабочей группы знакомы с британской рамкой квалификации и очень высоко ее оценили, даже если его просто перевести и внедрить. Но этого ни одна страна не делала, и мы не будем. Мы должны пройти весь путь, чтобы выявить истинные потребности рынка.
 
Но здесь есть один нюанс. Все-таки украинский рынок медиа несколько отстает от европейского ...
 
Если говорить об онлайн-сегмент, то не сильно отстаем. Мы от Британии отстаем, от США. В инструментарии, который используется в журналистике, мы отстаем от стран Восточной Азии. А от Германии, Франции, Италии у нас нет существенного отставания. Они просто раньше начали процесс. Не скрою, США и Британия - две страны в журналистике на первых местах. И мы должны на них ориентироваться.
 
Существует такое мнение, она звучала, насколько я знаю, даже из уст некоторых чиновников, что нужно вообще отказаться от журналистского бакалавриата. Что вы об этом думаете?
 
Я слышал, что Минобразования рассматривает такую ​​возможность. Не готов сказать, правильно это или нет. Безусловно, есть определенная справедливость в том, что в журналистику должны приходить из разных специальностей после бакалавриата.
 
Раньше я работал в деловой журналистике и замучился объяснять тем, кто приходил к нам на работу, чем прибыль отличается от дохода или как рассчитывается рентабельность предприятия. То есть речь идет об азах экономики, которые нужно знать, если работаешь в экономической журналистике. Конечно, в классическом журналистском вузе, где шесть лет обучения, очень сложно дать всем базовые знания по экономике, медицине, экологии и всех других наук, которые могут понадобиться. Потому что кто-то пойдет в спортивную журналистику, кто-то писать о культуре ... С другой стороны, в 18 лет студент может не знать, в какую журналистику он уйдет. Но если он получит какие-то базовые знания по экономике, медицине, экологии (на любом уровне, еще предстоит определить), у него будут широкие возможности.
 
Но те, кто заканчивает экономические вузы, редко идут в журналистику. Вот на втором курсе в МШЖ есть только одна девушка с экономическим образованием. В журналистику идут, как правило, филологи. Почему? Ибо престижнее. Ранее историки, философы, филологи, социологи, даже политологи очень часто шли в журналистику, потому что это давало им больше денег. Сейчас модным стал пиар. А те, кто закончил медицинский или экономический вуз, как правило идут работать по специальности, потому что там они заработают больше денег. Поэтому у меня нет ответа, нужно откажутся от бакалавриата, или нет. В каждом варианте есть свои плюсы и минусы.
 
Сейчас в медиа-среде продолжается дискуссия: что важнее - гражданская позиция журналиста или журналистские стандарты. Что вы думаете по этому поводу? И каким образом эта тема затрагивалась при обсуждении рамки квалификации, ведь здесь важно, чему учить будущих журналистов?
 
Понятие «гражданская позиция» и «журналистские стандарты» не противоречат друг другу. Профессиональные основательные знания должны быть, без этого ни один журналист не может состояться. А по его гражданской позиции, то, как говорил мой преподаватель «Основ журналистики» Анатолий Москаленко, независим только Бог. Конечно, любой журналист так или иначе является предвзятым, поскольку имеет личную позицию. Если она совпадает с позицией редакции, в которой он работает, - прекрасно. Но любую позицию должно быть аргументировано и обоснованно фактами. Я противник того, когда факты подгоняются под позицию. Или, скажем, когда фактов не освещают, ибо они противоречат собственной позиции. Напротив, позиция журналиста должна основываться на фактах. Я помню, когда учился в Институте журналистики, нам говорили - не трогайте бюрократов, они теперь украинские чиновники, вы своими публикациями торпедирует молодое украинское государство.
 
Так же было в 2005 году после оранжевой революции ...
 
Так. Вот почему существует сегодня такое противостояние журналистов с нынешней властью? Потому что есть определенная граница, которую нельзя переходить. Можно было поддерживать свободные выборы, есть основополагающие вещи, которые поднимались, но нельзя было брататься с политиками и лезть в окоп, в котором сидели оранжевые политики. А это многие сделал. Я понимаю, что это была их позиция, но она противоречит журналистской профессии. Потому журналист должен быть между окопами, должно быть отстраненным, хотя может симпатизировать той или иной стороне. И конечно, другая сторона, если она видела тебя в «чужих окопах», воспринимает тебя как бойца с той стороны фронта.
Рейтинг: 0 Голосов: 0 915 просмотров
Лена Иванченко # 11 сентября 2012 в 18:07 0
про журналистов в основном, мне не актуально

Для просмотра данного элемента установите Flash Player